Главная
Новости Статьи Россия В мире Достижения Польза Вред

Новости партнеров

Новости партнеров
 

Новости СМИ

“Попыталась покончить с собой”: что происходит в подмосковном изоляторе

© РИА Новости / Владимир Песня
В подмосковном следственном изоляторе десять заключенных женщин не получают медицинскую помощь. После требований предоставить врача или лекарства их наказывали за формальные нарушения режима — вплоть до карцера. Одна осужденная попыталась покончить с собой — она месяцами не может добиться лечения от ВИЧ и эпилепсии.

Нервный срыв в одиночной камере

Мать троих детей Анна Камушкина (имя изменено) попала в СИЗО в поселке Новое Гришино в марте 2021-го. Ее обвиняют по наркотической 228-й статье УК. Несколько месяцев она просила обеспечить ей забор анализов и лечение — у нее ВИЧ и эпилепсия, воспаление лимфоузлов и сыпь по телу. Днем шестого августа, отчаявшись, предприняла попытку суицида. В этот момент в изоляторе с проверкой находились правозащитники — члены Общественной наблюдательной комиссии Московской области.
В акте по итогу проверки ОНК (есть в распоряжении агентства) указано, что Камушкина объяснила свои действия нервным срывом “из-за постоянного психологического давления, нарочитого безразличия и цинизма начальника ПФРСИ”.
“При нас такое впервые — вопиющий случай, — отмечает в беседе с РИА Новости член комиссии Александр Мальцев. — Мы проводили полный камерный обход, оценивали бытовые условия — было много обращений. Карцер, где сидела Камушкина, оставили на потом. Но она очень сильно стучала в дверь и переживала, что никто не придет. Мы пообещали, что обязательно вернемся к ней. Но она не дождалась и попыталась покончить с собой”.
© РИА Новости / Денис Гуков
Исправительная колония общего режима для женщин ИК-11

Карцер вместо больницы

Еще в мае местный терапевт вынес заключение о невозможности водворения Камушкиной в карцер по состоянию здоровья. Тем не менее за лето ее туда отправляли дважды. В беседе с правозащитниками она подчеркнула, что опасается за собственную жизнь — боится во время приступа упасть на пол и удариться головой.
“Мы спрашивали, почему ее постоянно сажают в карцер с эпилепсией. Психотерапевт заявил, что так называемые приступы, это не эпилепсия, а своеобразные проявления абстинентного синдрома, связанного с полным прекращением приема наркотических веществ после длительного употребления”, — говорит Мальцев.
По словам Камушкиной, выговоры она получала по любым малозначительным поводам — в наказание за жалобы на отсутствие медпомощи. Например, за то, что ночью была в туалете, а не на спальном месте. Или за то, что сдала постельное белье на несколько минут позже положенного.
Администрация изолятора все отрицала. Там уверяли, что наказывали из-за плохого поведения.
“Неоднократно совершала дисциплинарные проступки, почти всегда пыталась уйти от ответственности либо отсрочить применение взысканий с целью поднять авторитет среди сокамерниц”, — указано в протоколе проверки.

Ни врачей, ни пробирок

Кроме Камушкиной, на отсутствие лечения пожаловались еще девять женщин. Заявили, что их не принимает врач. Препараты для зрения, против дерматологических заболеваний и АРВ-терапию не выдают.
“Нужен гинеколог, а осматривает психотерапевт, — рассказывает Мальцев. — Нет специалистов узкого профиля. Врачей заменяют фельдшеры. Вся медпомощь — измерение температуры и давления. Женщины с ВИЧ не могут сдать анализы, чтобы скорректировать терапию. В медчасти нет пробирок. Врачи говорят, что просто не успевают провести осмотр всех нуждающихся, а тюремное начальство ссылается на отсутствие финансирования — деньги на лечение женщин выделяют из бюджета ФСИН, а не Минздрава”.
Администрация учреждения, по мнению правозащитника, к жалобам не прислушивалась.
“Видимо, считают, раз скоро пойдут по этапу, лечить их необязательно, — объясняет он. — Однако пребывание в СИЗО порой растягивается на годы. Даже за несколько месяцев без медикаментов у людей с ВИЧ здоровье может значительно ухудшиться. Страшно представить, какими их привезут в колонию. Но больше всего поражает практика наказания заключенных за требования обеспечить лекарства и врачей”.
Впрочем, он отметил, что после проверки администрация пообещала исправить нарушения -- отсрочить очередное выдворение в карцер и оказать содействие в получении медицинской помощи.
“Однако произошло ли это, пока не известно, — уточняет Мальцев. — Наш запрос до сих пор не прокомментировали”.
РИА Новости обратилось во ФСИН России. На момент публикации ответа не поступило.

Жалуется каждый третий

По словам правозащитника Арсения Левинсона, практика дисциплинарных наказаний, обысков и отправки в карцер за жалобы на неоказание медпомощи — не редкость.
“В таких ситуациях заключенные время от времени вынуждены прибегать к крайним мерам вроде попытки суицида”, — говорит он.
© РИА Новости / Вячеслав Реутов
Исправительно-трудовая колония
При этом отсутствие профильных врачей в изоляторах — проблема, встречающаяся во всей России.
“По статистике, из поступающих к нам обращений жалобы на неоказание медпомощи составляют около 35%, — говорит представитель “Фонда защиты заключенных”. — Например, при проведении медосвидетельствования на предмет тяжести заболеваний, таких как ВИЧ или гепатит, врача-инфекциониста нет в комиссии. Она вообще может состоять из одного врача общей практики”.
Правозащитник и автор проекта “Женщина. Тюрьма. Общество” Леонид Агафонов поясняет, что по штатному расписанию в женских СИЗО должны быть только терапевт, психотерапевт и гинеколог.
“Естественно, осматривать всех они не успевают. Отсюда сложности с диагностикой — пока женщины ее добиваются, рак развивается уже до третьей, а то и четвертой стадии. Кроме того, во ФСИН закупают самые дешевые препараты. Обычное лечение в изоляторе — парацетамол. Терапию от ВИЧ иногда ждут месяцами”.

Болезненная поправка

Заключенным сложно получить лечение и после этапирования в колонию. При этом у многих — ВИЧ. По статистике ФСИН за 2019 год, от вируса страдает каждая пятая приговоренная женщина и каждый десятый мужчина.
“В гражданские больницы их не отправляют, потому что не хватает ресурсов, чтобы обеспечить круглосуточный конвой, — поясняет Арсений Левинсон. — Мы очень часто сталкиваемся не только с отказами в помещении в стационар, но и в регулярных обследованиях. А это приводит к трагическим последствиям. Непредоставление адекватной медицинской помощи — это бесчеловечное отношение”.
Правозащитник считает, что проблема носит системный характер, однако связана не только с недостаточным финансированием ФСИН, но и с законодательством.
“В 2017 году появилась поправка к приказу Минюста: заключенным запретили иметь при себе любые лекарственные средства, — говорит он. — Это распространяется и на тех, кто в СИЗО и чья вина еще не доказана. А один врач на условную тысячу человек не может ежедневно обходить всех пациентов и выдавать таблетки”.
В прошлом году Генпрокуратура в ходе масштабной проверки выявила нарушения медико-санитарных норм в учреждениях ФСИН. В 35 регионах зафиксировали нехватку помещений для надлежащего обеспечения медицинской помощи, а также отсутствие необходимого оборудования в кабинетах врачей. Руководству ведомства вынесли представление об устранении.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

Загрузка...
87

Похожие новости
21 октября 2021, 17:28
22 октября 2021, 13:14
22 октября 2021, 04:28
22 октября 2021, 00:42
22 октября 2021, 06:42
22 октября 2021, 04:28

Новости партнеров